То что мы сейчас называем кризисом - еще далеко не то, что он есть на самом деле. Начав набирать обороты в столице, он еще плеснул только первой волной, от которой до всепоглощающей вихревой воронки приличное расстояние.

Что же с нами может произойти здесь, на самой периферии? А вот что:

• Производственный ступор. Неизвестно, сколько продержится ГОК, но понятно, что те скромные объемы, которые рисуются в ближайшем будущем, не смогут сколько-нибудь серьезно просодержать наш город. Большинство предприятий либо станут банкротами, либо, балансируя на этой грани, впадут в сомнамбулическое состояние, из которого потом будут выбираться годами. Это трудно понять, но при капитализме, когда отсутствуют финансы, все вокруг омертвечивается и впадает в кому, несмотря на трудовые ресурсы, готовность пахать за копейки и т.д.
• Массовая безработица. В условиях, когда ничто не пользуется спросом, бессмысленно что-либо производить. За исключением, естественно, предметов первого спроса и оказания услуг первой необходимости. ЖКХ и продуктовые магазины продолжат свою работу. Еще, наверное, будут пользоваться спросом б/у обувь и одежда.  Все, что относится к так называемому промышленному сегменту рынка – под одним огромным знаком вопроса.
• Обвал рынка недвижимости. В Москве тоже сейчас удерживают этот рынок: продавцы его удерживают, по привычке, что все устаканится, но покупатели не желают иметь дело с задранными к небесам ценам. Чем это закончится, понятно: начнется ливинообразный обвал цен, поскольку торговать все-таки придется, и, вопреки желанию продавцов вернуть хоть что-то, падение будет  молниеносным и стремительным. Однокомнатная в Костомукше (вторичное жилье) потянет на 300-400 тысяч, трехкомнатная – не более миллиона, это еще при неплохом раскладе. Продавать, вообще, будет некому, так как денег на зарплаты не будет; финское жилье или русское – тоже будет не так важно. Деньги у Центробанка, которыми он спасает экономику, закончатся летом, заработная плата бюджетников, соответственно, тоже.
• Разгул криминала. Эту тему уже достаточно осветили центральные, да и местные СМИ.
• Стремительный духовный рост. Человек, втиснутый с рамки неизвестности, если не окончательно не слетает с катушек, начинает заниматься самим собой, самосовершенствованием. Массовым это явление назвать нельзя, но даже если у нас появится 2-3 просветленные души, то, значит, дело кризиса было не напрасным. Большинству, разумеется, придется натужно соображать, как прожить следующий день, где еда, как рассчитаться с коммунальщиками и т.п.

Очень хотелось бы думать, что всего этого не случится, а если и так, то не с нами, но взглянем фактам и цифрам в глаза: все так и есть, все так и будет.

А вообще, плохие времена сплачивают людей, и имеют, в широком смысле, положительный, целительный для существа человеческого эффект.