По просьбе профсоюзных организаций ФПР И СОЦПРОФ, Владимир Шнюков написал статью под заголовком "Барщина" о действиях администрации и акционеров в момент кризиса.

Еще раз хотелось бы обратиться к работникам нашего предприятия, не надо быть наивными и доверчивыми, пора принимать решения свойственные взрослым людям. Каждый из нас должен доверять не пустым словам администрации, а реальным фактам.  

БАРЩИНА

На костомукшском  ГОКе успешно внедрён способ хозяйствования, изобретённый во времена феодальной России

Так грустно, что хочется танцевать

Есть на земном шаре такое благодатное место – Сейшельские острова. Со слов человека, которому посчастливилось там побывать, это рай для отдыхающих. Массовым туризмом Сейшелы пока не затронуты, поэтому вся роскошь девственной природы услаждает здесь поселившихся: холмы, покрытые диковинным тропическим лесом; живописные бухты – в своё время приют флибустьеров; могучие скалы, величественно вздымающиеся над земной твердью крошечных островов; гигантские черепахи, добродушно клянчащие у людей кусочек вкусненького… И океан: величественный и ласковый, вечно тёплый под солнцем экватора. И ослепительной белизны пляжи, не изнасилованные толпами отдыхающих.

Неудивительно, что сейшельские отели в числе самых дорогих в мире, цена за ночь там от двух до четырёх тысяч евро. Пожалуй, неудивительно и то, что обитатели этих отелей в большинстве своём уже традиционно – российские граждане. Как говорил Остап Бендер: если существуют денежные знаки, то, значит, есть люди, у которых их много. А в России всё просто – очень много людей, у которых этих знаков мало, а поскольку страна богатая, деньгами обладает громадными, то, по закону сохранения массы вещества, у некоторого количества граждан страны упомянутых знаков должно быть очень много.

Но вот что примечательно – особо массовый заезд российских граждан на Сейшелы был именно в этом году: на Новый год и майские праздники 95 процентов обитателей супер-отелей были россиянами. С чего бы это? – задаёшься вопросом, но ответ приходит быстро. Ну конечно, - в стране же кризис! А на Сейшелы прилетают люди не бедные, очень не бедные, а значит влиятельные, причастные в России к большому бизнесу и серьёзным постам. И тут этот кризис… Переживают люди, им за державу обидно. Вот и приехали в сейшельский рай снять стресс. Здесь, в тропической благодати, за бутылкой изумительного вина, под звуки чарующего танго, в сладком танце со жгучей креолкой хоть на минуту забудут они грусть-печаль свою о бедах Родины. Как поёт героиня одного индийского фильма: «Мне так грустно, что хочется танцевать».

А вот любопытно: отметились ли на Сейшелах костомукшане?

Двадцать миллиардов на карманные расходы

Ну, относительно костомукшан – сомнительно, даже самые крутые из них вряд ли потянут полноценный визит на Сейшельские острова. А вот акционеры костомукшского предприятия «Карельский окатыш» - легко! И именно сейчас, в кризис, им как раз пришла пора отдыхать на Сейшельских островах. Поскольку 13 ноября 2008 года собрание акционеров ОАО «Карельский окатыш» приняло решение выплатить акционерам «КО» дивиденды за несколько предыдущих лет в сумме 20,5 (двадцать с половиной) миллиардов рублей! Серьёзная, знаете ли, цифра, внушает… Если всю заработную плату всех рабочих за всё время существования «Карельского окатыша» сложить, то, пожалуй, всё равно столько не получится.

И куда же отправился этот вагон денег? Кто же они, эти счастливые акционеры, обладатели миллиардных дивидендов? Оказывается, их немного, совсем немного, этих счастливцев. Если быть совершенно точным – всего один. Узнать об этом, существенном для Костомукши, факте можно на сайте «Карельского окатыша», где сообщается, что 1 ноября 2008 года в Череповце состоялось собрание акционеров ОАО «КО», на котором принято решение досрочно прекратить полномочия совета директоров, избранного 14 мая 2008 года, а функции совета директоров возложить на общее собрание акционеров. А что из себя ныне представляет это «общее собрание» расшифровывает строка: «Форма проведения общего собрания: решение единственного акционера ОАО «Карельский окатыш»». Яснее некуда. Фамилия единственного обладателя всех акций «КО» не указывается, но здесь без вариантов – Алексей Александрович Мордашов, кто же ещё? Так и представляешь, как Алексей Александрович, единственный акционер с функциями совета директоров, проводит «общее собрание акционеров»: созывает, утверждает повестку, голосует…Удобно, кстати, - собрание можно провести за две минуты в любом месте, а процедура подсчёта голосов после голосования вообще занимает не более секунды.

О двадцати с половиной миллиардах рублей дивидендов на сайте «Карельского окатыша» ничего не сказано, так же как ни слова об этом отнюдь не рядовом событии не было в местных СМИ, об этом сообщили другие издания, такие, например, как «Известия», «Аргументы недели».

Впрочем, а чего, собственно, шуметь? Ну взял Алексей Александрович двадцать миллиардов на карманные расходы (не станет же бизнесмен мирового масштаба заморачиваться из-за каких-нибудь, скажем, пятисот миллионов), может, любимому человеку решил подарок сделать. Так что с того? Это же его деньги, он – полновластный хозяин костомукшского комбината. А считать деньги в чужом кармане неприлично. Это если политкорректно выразиться. А если прямо и конкретно – негоже холопам в барский карман заглядывать, их дело вообще телячье.

Всё это так. Но есть среди работников Костомукшского ГОКа такие, которые себя телятами не считают, и полагают, что в кармане у господина Мордашова находятся их деньги, которые означенный господин получил, обирая работников. А двадцать миллиардов хозяин умыкнул, чувствуя, что для металлургии наступают тяжёлые времена, время сверхприбылей закончилось. То есть через дивиденды, выплаченные самому себе, возместить предстоящие потери, связанные с ожидаемой убыточностью предприятия.

Ударный труд – ударные убытки. Ты где, прибыль?

И убытки пошли – покупать окатыши стали худо, цена на них упала. В ноябре комбинат перешёл на сокращённую рабочую неделю, в начале этого года и вообще останавливался. Мрачные прогнозы давили на мятущиеся умы костомукшан, поползли слухи о скорой кончине «Карельского окатыша», а ведь предприятие градообразующее… Лейтмотив речей администрации «КО» был один: чтобы выжить, надо экономить, надо урезать расходы.

И пошла резня. Зарплату обрезали по цехам где на тридцать, а где и на пятьдесят процентов, индексацию отрезали совсем, напрочь отрубили и все социальные выплаты, прописанные в колдоговоре сверх установленных Трудовым кодексом: выплаты при уходе на пенсию, на свадьбы, юбилеи, рождение ребёнка… А как иначе – кризис, предприятие себя не окупает, убытки терпит. За первый квартал этого года «Карельский окатыш» показал чистый убыток 289 миллионов рублей, за второй квартал – 1 миллиард 137 миллионов. Так что не до жиру, кризис силен и коварен, совладать с ним не получается. Вот и министры наши вкупе с президентом и премьером, а также учёными мужами-экономистами всё рассуждают на тему: достигли мы (Россия значит) дна кризиса или нет? Склоняются к мысли, что продолжаем тонуть. В общем, все тонут, и «Карельский окатыш» тоже.

Только странно: а с чего бы это сейчас «Карельскому окатышу» тонуть? Если целенаправленно побродить по интернету, то можно набрести на разные интересные цифры. Так, портал «Карелия официальная» сообщает, что за четыре месяца этого года (январь – апрель) «КО» отгрузил 2 миллиона 23 тысячи тонн окатышей, что составляет 58% к аналогичному периоду прошлого года; а за семь месяцев (январь – июль) отгружено 4,2 миллиона тонн, что составляет уже 70% к аналогичному периоду года прошлого. То есть налицо нарастание объёмов отгрузки. Что подтвердила Октябрьская железная дорога, которая сообщила недавно, что «Карельский окатыш» отгружает аж по пятьсот вагонов в день (когда такое было?!). Если тенденция сохранится, то «КО» вполне может выйти по объёмам близко к уровню прошлого года, который, несмотря на кризисный финиш, был в целом вполне успешным – чистая прибыль по итогам года составила 10 миллиардов 102 миллиона рублей.

Цена на окатыши, конечно, ниже докризисной, но тоже, надо полагать, неплохая. Если суммировать данные компании «Металлторг», то среднероссийская цена на окатыши получается в районе 70 долларов за тонну. Наверное, цена карельских окатышей где-то около этой цифры. Сейчас работников «Карельского окатыша» нагибают выполнять указание хозяина – снизить себестоимость окатышей до тысячи рублей за тонну, то есть порядка тридцати долларов. Из чего можно предположить, что сейчас себестоимость где-то долларов тридцать пять за тонну. Значит, выручка от продажи тонны окатышей в два раза превышает затраты на её производство. Конечно, из этой валовой прибыли надо вычесть налоги, но всё равно неизбежен вопрос: откуда у «Карельского окатыша» такие убытки, которые он показывает?

Ответ появляется, когда вспоминаешь о тех двадцати с половиной миллиардах рублей, которые «Карельский окатыш» должен выплатить акционеру Мордашову. Ведь если даже предположить, что вся чистая прибыль за 2008 год ушла после отчёта на дивиденды, то всё равно ещё остаётся больше десяти миллиардов долга – официального, узаконенного. А чистая прибыль, надо понимать, показывается за вычетом текущих налогов и долгов, если таковые имеются. Так что прибыль у комбината по итогам полугодия есть, можно не сомневаться, только вся она ушла на погашение долга, который вчинил хозяин предприятию. В общем, барщину костомукшане отрабатывают, в самом прямом смысле.

Конечно, чтобы знать наверняка финансовое положение предприятия, надо иметь на руках все контракты фирмы, видеть движение финансов, знать о всех сделках… Но кто же тебе выдаст такую информацию? Это же коммерческая тайна, которую можно выведать только с помощью ФСБ – прослушка, подглядка, выемка документов… Так что приходится обходиться тем, что есть. Но и та информация, что есть, ясно говорит – комбинат работает нормально. А продолжающаяся песня про кризис, убыточность предприятия – враньё. Администрация говорит так, потому что так велел хозяин. Потому что хозяину так выгодно.

Имитация кризиса сейчас очень выгодна топ-менеджерам. Под предлогом кризиса можно славненько экономить на фонде заработной платы, социальных выплатах, охране труда; можно увеличить работнику нормы выработки, рабочую нагрузку, снизив при этом зарплату, и тот безропотно понесёт эту ношу под страхом кризисных увольнений. А по пятьсот вагонов в сутки тем временем отгружается, денежный поток всё нарастает. Можно доложить хозяину о растущей производительности труда, эффективности производства. А тот уж отблагодарит, подкинет бонус по итогам якобы убыточного квартала…

Завершение кризиса, нормальная работа комбината – это кошмар для наших топ-менеджеров. Чего делать-то тогда, как жить? Ведь они привыкли работать в условиях не нормальных, когда цена на окатыши спекулятивно вздута выше всех разумных пределов, деньги просто падают с неба. А когда такая халява, то не стоит напрягаться по поводу организации труда, его настоящей эффективности. И если признать, что 70 долларов за тонну окатышей – это хорошая цена, и что восемь миллионов тонн в год – это нормально, то тогда для развития предприятия менеджерам надо работать, думать, что-то внедрять. А как это делается-то?

Вспомним историю «Карельского окатыша» за последние лет шесть. Чем был занят в эти годы хозяин предприятия? Правильно – как лучше пристроить за границей халявные деньги. А чем были озабочены топ-менеджеры? Правильно – как бы побольше украсть у хозяина. А когда крали слишком много, то хозяин приезжал и устраивал разбор полётов с оргвыводами. Такая вот «картина маслом». Не нравится? Попробуйте нарисовать другую.

Все эти годы в сознание костомукшан внедрялся миф о высокой эффективности работы менеджмента «Северстали» в общем, «Карельского окатыша» в частности. Без сомнения, была и грамотная работа, дельные инженерные решения. Но гораздо больше работники приведут примеров, порой просто анекдотических, бесхозяйственности и непрофессионализма менеджеров «КО». Ну, а рыба гниёт с головы…

Так что ничего в методах работы руководства комбината не изменится, по-прежнему основным способом повышения производительности труда будет усиление эксплуатации работников – меньше им дать, больше с них взять. Тем более, что работники вроде как и не возражают, терпят. Вот ввёл хозяин на комбинате забытую с феодальных времён барщину – и ничего, прокатывает. Ведь из этих двадцати с половиной миллиардов барщины, разумеется, ни рубля не пойдёт на развитие комбината; деньги большей частью осядут в офшорах на Кипре, а частью – ещё где-нибудь, например, на Сейшельских островах. Там, в тропической благодати, под звуки чарующего танго, в объятиях знойной креолки наш хозяин как-нибудь мимолётом вспомнит Костомукшу и довольно улыбнётся: «Как я сделал этих лохов!».

Всё здесь сказанное – есть исключительно личное мнение автора этих строк. И не более того.

Владимир Шнюков