НЕОБХОДИМЫ СРОЧНЫЕ МЕРЫ ПО РАЗВИТИЮ МЕТАЛЛУРГИИ

Правительство РФ должно срочно принять меры по развитию металлургической отрасли, которая оказалась в сложной ситуации. Об этом заявил премьер-министр Михаил Касьянов, открывая 16 мая заседание правительства России, посвященное ситуации в отрасли.

ВЫСТУПЛЕНИЕ М.КАСЬЯНОВА

«Мы переходим к новому этапу экономических реформ, в ходе которого необходимо решить три задачи: повышение производительности труда, развитие рыночной конкуренции и более эффективное участие в международном разделении труда», - сказал М. Касьянов.

Он подчеркнул, что эти задачи должны быть решены в короткий срок, и они в полной мере имеют отношение к металлургической отрасли. Так, если раньше экономический рост в металлургии достигал 15%, то в 2001 году темпы роста производства в цветной металлургии сократились до 5%, а в черной металлургии рост производства вообще прекратился. По мнению премьера, необходимо срочно принять меры по развитию конкуренции и повышению производительности труда в этой сфере. Предстоит также решить ряд задач, связанных с экспортом металлургической продукции. Как отметил М.Касьянов, в отношении российского рынка имеются «серьезные демпинговые действия». Кроме того, еще остаются, хотя и незначительные по своим размерам, экспортные пошлины на продукцию металлургии, что также негативно влияет на ситуацию в отрасли.

Как заявил М. Касьянов, среди проблем металлургии, которые необходимо решить в короткие сроки, - проблема «недолжной концентрации производства».

В металлургии сегодня работают 1,5 млн. россиян. Отрасль создает 8% ВВП, на нее приходится 16% промышленного производства. В России насчитывается 3,5 тыс. металлургических предприятий, 75% их являются градообразующими.

На заседании правительства РФ М.Касьянов поручил Минэконом-развития и Минпромнауки в ускоренном порядке провести расследование по импорту металлопродукции из Украины и Казахстана.

ПРЕДЛОЖЕНИЯ МИНПРОМНАУКИ

В предложениях, подготовленных Министерством промышленности, науки и технологий к заседанию правительства, говорится, что решать проблемы металлургической отрасли необходимо инновационным путем, с помощью модернизации металлургической промышленности.

К 2002 году в российской металлургии сложилась достаточно тяжелая ситуация, связанная с введением США и странами Европы ограничений и квот на поставки российской стали. В целом в мире сейчас имеется примерно 220 млн. тонн избыточных металлургических мощностей при уровне всего мирового производства в 840 млн. тонн стали в год.

Российская металлургия занимает четвертое место в мире по про-изводству, выпуская 7% всей металлургической продукции. В 2001 году в России было выпущено 59 млн. тонн стали, причем 26 млн. тонн из них пошли на экспорт. По этому показателю РФ занимает первое место в мире, обеспечивая примерно 10% мирового экспорта. Однако в последнее время довольно резко увеличили свое производство такие страны, как Китай и Южная Корея. Сейчас они приближаются к мировым лидерам по экспорту стали.

В экономике России металлургия дает 16% всего объема промышленной продукции, обеспечивает занятость 1,5 млн. человек, на 30% загружает железнодорожные составы. На ее счету - 14,4% всех валютных поступлений и 7,8% налоговых отчислений. Помимо этого, металлургия потребляет 25% всего добываемого в стране угля и 33% электроэнергии. Тесно связанная с металлургией угольная отрасль тоже станет убыточной, на 1/3 упадут объемы железнодорожных перевозок. По мнению экспертов уровень падения российской экономики в этом случае составит 10-15%.

В первую очередь, это будет обусловлено приостановкой российского экспорта, которая может произойти, если ситуация не будет меняться. В связи с этим Минпромнауки и представители металлургической отрасли предлагают ряд мер, среди которых особо выделены поддержка со стороны государства экспорта российской металлургической продукции и защита российских производителей. Ряд шагов в этом направлении уже сделан, в частности, комиссия по защитным мерам во внешней торговле и таможенно-тарифной политике отменила экспортную пошлину на изделия из черных металлов.

По подсчетам экспертовв случае реализации данных мер к 2010 году удастся на 15% снизить издержки металлургического производства, увеличив одновременно объем самого производства на 20-30%> с учетом роста внутреннего потребления.

РЕАКЦИЯ МЕТАЛЛУРТОВ

Российских металлургов в целом удовлетворяют меры по развитию ме-таллургии до 2010 года, которые обсуждались в четверг на заседании правительства России, заявил президент компании «ЕвразХолдинг» Александр Абрамов-.По его словам, «устраивает идеология принятых решений и сделанный абсолютно правильный анализ ситуации».

«Если не брать макроэкономику, которая касается не только метал-лургии, то наши специфические проблемы препарированы правильно, и направления партнерства и диалога между бизнесом и правительством тоже определены правильно», - отметил А.Абрамов. Вместе с тем, подчеркнул он, самые большие опасения вызывают сроки конкретной реализации мер по поддержке металлургии.

А.Абрамов также считает, что государство должно взять на себя от 35% до 50% расходов по программе трудоустройства персонала метпред-приятий, который будет высвобождаться в процессе реструктуризации отрасли. По данным Минпромнауки, в процессе реструктуризации к 2010 году может высвободиться до 350 тыс. человек, по данным Минтруда - 170 тыс. человек.

Генеральный директор ОАО «Северсталь» Алексей Мордашов тоже позитивно оценивает итоги заседания правительства РФ по проблемам металлургии. В интервью «Интерфаксу» он заявил, что «сегодня нельзя говорить о глубоком кризисе, но очевидно, что кризисные тенденции появляются, и если не принять соответствующих и своевременных мер по поддержанию конкурентоспособности отрасли и не снять нерыночные ограничители, кризис может наступить».

По словам А.Мордашова, «все основные моменты, которые мы считаем правильными, были отражены в докладе Минпромнауки РФ о мерах по развитию отрасли, представленном на заседании правительства». Практический итог заседания, по мнению А.Мордашова, будет зависеть от тех мер, которые должны быть разработаны и окончательно приняты. По его словам, в том, что концепция отправлена на доработку, нет ничего страшного, поскольку комплекс мер, который был предложен, требует проработки и обсуждений.

Генадий Райков, возглавляемая им группа и руководители крупнейших предприятий черной металлургии подписали заявление, цель которого -привлечь внимание правительства, широкой общественности к критической ситуации, складывающейся в последнее время в российской черной металлургии под влиянием комплекса внешних и внутренних факторов.

В документе отмечается, что основные показатели работы черной металлургии в 2001 году и прогноз на ближайшую перспективу свидетельствуют о неуклонном движении отрасли к глубокому структурному кризису. В 2001 году, говорится в заявлении, прибыль предприятий сократилась более чем в два раза - до 34 млрд. рублей. Соответственно, на 36 процентов сократились платежи отрасли в бюджет.

Это связано, главным образом, с ухудшением конъюнктуры мирового рынка. В 2001 году мировые цены на прокат черных металлов снизились более чем на 20 процентов. На этом фоне США приняли решение об ограничении импорта широкого спектра металлопродукции. Этот шаг вызвал «эффект домино» во всем мире, и фактически привел к новой торговой войне, чего не наблюдалось на рынке последние 15 лет.

В связи с введением торговых ограничений российские металлургические предприятия в 2002 году сталкиваются с рядом проблем, в частности, с сокращением общего объема экспорта, вытеснением российских металлургов с наиболее прибыльных рынков.

В сложившейся ситуации представители законодательной власти, трудовых коллективов и менеджмента металлургических предприятий считают своим долгом совместно заявить о необходимости принятия срочных государственных мер по поддержке отрасли. «По нашему убеждению, только активные действия правительства России могут предотвратить развитие кризиса, чреватого острыми социальными последствиями для сотен тысяч граждан страны», - говорится в заявлении.

Авторы документа предлагают правительству принять ряд мер, на-правленных на нормализацию ситуации в отрасли. В частности, правительству предлагается отменить экспортные пошлины на весь спектр металлопроката, защитить внутренний рынок как посредством достижения двусторонних договоренностей о самоограничении с основными импортерами из Украины и Казахстана, так и на основе Федерального закона «О мерах по защите экономических интересов России при осуществлении внешнеэкономической деятельности». Правительству также предлагается восстановить инвестиционные налоговые льготы для предприятий, осуществляющих программу технического перевооружения. Стратегические меры, отмечается в заявлении, включают реструктуризацию металлургической отрасли России и стимулирование развития внутреннего рынка металлопродукции.

Заявление, в частности, подписали руководители «Северстали», ММК, ООО «ЕвразХолдинг», а также председатель горно-металлургического профсоюза России.

В ОТНОШЕНИИ МЕТАЛЛУРГИИ НАРУШАЮТСЯ ЗАКОНЫ, ОПРЕДЕЛЯЮЩИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ МОНОПОЛИСТОВ

Депутат Государственной Думы, председатель Комитета по законодательству Павел Крашенинников прокомментировал ситуацию в металлургии, сложившуюся в последнее время.

Как отметил депутат, обязанностью государства в бизнесе должно стать создание наиболее комфортных условий и отстаивание национальных интересов. Антидемпинговые разбирательства против российских металлургов в США и Китае требуют внимания Министерства иностранных дел и Министерства экономики. По сведениям депутата, сейчас эти ведомства ведут активный переговорный процесс. Но практически без движения остается другой болезненный для отрасли вопрос - вопрос взаимоотношения с естественными монополистами. Единый тарифный орган, который должен быть создан по Указу президента еще год назад, так до сих пор и не оформлен. Существующая ныне Федеральная энергетическая комиссия, которая определяет тарифы на услуги естественных монополий, учитывает, как правило, только их точку зрения, слабо прислушиваясь к доводам остальных отраслей. При этом нарушаются законы Российской Федерации, определяющие деятельность монополистов. Павел Крашенинников считает, что в этом году в системе формирования тарифов могут быть проведены существенные изменения, поскольку это идет в русле общей реструктуризации правительства, заявленной президентом РФ в послании Федеральному Собранию. Если государству удастся реформировать тарифную политику, то все отрасли промышленности получат значительный толчок к развитию, отметил Павел Крашенинников.

УБЫТКИ ПО ЗАКОНУ

Почему железную руду выгоднее добывать за рубежом

Как ни парадоксально, органы государственной власти России до сих пор не осознали специфику горнодобывающей промышленности. Дело в том, что в стране с преобладанием сырьевого сектора именно эта сфера экономики более других обременена налогами. Несмотря на декларативные заявления о смягчении налоговой нагрузки на производителей, горнорудные предприятия продолжают нести повышенные обязательства перед бюджетами всех уровней. Подобная фискальная политика ведет базовую отрасль к постепенной деградации, и в обозримом будущем возможна ситуация, когда, например, в железорудной промышленности «на плаву» смогут удержаться всего несколько предприятий.

Деятельности добывающих предприятий (в отличие от перерабатывающих) сопутствуют не только обычные риски, связанные с колебанием цен, рыночной конъюнктурой, финансовой политикой государства и т.д. Недропользователь вынужден постоянно считаться с тем, что месторождение изучено не полно и законченная картина будет видна только после его отработки. В процессе добычи первоначально утвержденные запасы зачастую приходится пересматривать по количеству и качеству. Случаются непредвиденные обстоятельства - горные удары, обрушения, оползни, загазованность и др. В результате фактические показатели разработки, как правило, оказываются хуже проектных.

Экономический риск при освоении месторождений значительно выше, чем в других отраслях промышленности. Понятно, почему инвесторы очень осторожно относятся к горнорудным проектам. Привлечь кредиты удается только для разработки месторождений с большими запасами, высоким содержанием металла, низкой себестоимостью продукции.

Железорудный сектор не отвечает двум последним требованиям: 98 % добываемых в России руд - бедные, требующие глубокого обогащения. Их добыча производится, в основном, на глубинах более 300 м, с высоким уровнем затрат на вскрышные работы и карьерный транспорт. Поэтому малорентабельные предприятия не имеют никаких перспектив на получение долгосрочных банковских кредитов.

Еще одной важной особенностью горнодобывающих отраслей является невозобновляемость запасов, их истощение при отработке. Чтобы не оставить потребителя без сырья, а себя без работы, недропользователь одновременно с текущей добычей должен вести подготовку к отработке новых запасов и планировать эту работу на годы вперед. Следовательно, необходимо заранее получить лицензию на поиск и разведку нового месторождения или разработку уже известного, В любом случае, требуется изыскать средства, необходимые для доразведки, разработки ТЭО, проекта, создания необходимой инфраструктуры и выполнения горно-капитальных работ. При разработке даже одного крупного месторождения каждая очередь его освоения требует значительных вложений, особенно на крутопадающих пластах. С углублением горизонтов увеличивается работа транспорта по подъему горной массы, обустройству коммуникаций, а значит, возрастают эксплуатационные расходы.

Длительный срок строительства горно-обогатительного предприятия, низкая окупаемость капитальных вложений, инерционность производства, а также наличие неликвидных активов при его закрытии - все эти особенности в той или иной мере характерны и для зарубежной практики. Однако налоговое законодательство других стран в большей мере учитывает специфику горной промышленности.

Как следствие этого, по уровню сравнительной рентабельности одного и того же проекта, просчитанного в условиях налогообложения различных стран, Россия оказывается едва ли не на последнем месте в мире (около 6 %), пропуская вперед не только США, Канаду, Австралию, но и Казахстан, Узбекистан, Киргизию (17-18%). Эти данные приведены втолько что вышедшей книге В. Шумилина и других авторов «Бизнес в ресурсодобывающих отраслях».

В конце 70-х годов, когда на горно-обогатительных комбинатах, находящихся в эксплуатации 15-20 лет, стала проявляться тенденция к спаду производства, Госплан СССР принял решение о финансировании проектов для поддержания уровня добычи руды. Предусматривались капитальные затраты на ввод в эксплуатацию мощностей взамен выбывающих. Эффективность проектов оценивалась предотвращением убытка, возникающего от потерь объемов производства и увеличения затрат.

С 1992 года государственная поддержка горнорудных предприятий в России прекращена. А за рубежом, в том числе в странах с развитой рыночной экономикой, горным компаниям предоставляют различные льготы, из которых специфику отрасли наиболее полно учитывает «скидка на истощение недр». Из каждой добытой тонны государство оставляет недропользователю определенную долю стоимости на воспроизводство такого же количества полезного ископаемого. Так, в налоговой системе США скидка на истощение недр определяется двумя способами - расчет-но (на основе каждой добытой тонны полезного ископаемого) и в процентах от дохода. Выбор способа - за недропользователем. Проценты скидок по разным видам полезных ископаемых устанавливаются правительством. Это - важный источник средств для финансирования геологоразведки и освоения новых месторождений, поддержания производственных мощностей горного производства.

В России с введением в 1992 году платного недропользования налоговая система носит исключительно фискальный характер. Правда, по примеру зарубежных стран в закон «О недрах» был введена ст. 48 «Скидка за истощение недр». Снижение платежей за пользование недрами предусматривалось в ней только в двух случаях - при выемке остаточных запасов пониженного качества и при добыче дефицитного сырья с низкой эффективностью. Однако на практике эта статья не нашла применения. Остаточные запасы возникают при доработке месторождения, когда помогать уже поздно, а понятие дефицита запасов полезного ископаемого, т.е. отсутствие отдельных видов минерального сырья в стране, вряд ли уместно связывать с истощением недр. Иными словами, у нас и за рубежом в понятие «скидка за истощение недр» вкладывается совершенно разный смысл.

Как показала практика, обеспечить государственную поддержку предприятиям горнодобывающей промышленности не удалось и за счет отчисления средств на воспроизводство минерально-сырьевой базы в со-ответствии с действовавшей до 2002 года ст. 44 закона «О недрах». Согласно первой редакции закона, на основе этих отчислений должен был образоваться внебюджетный фонд для завершения начатых до 1992 года геологоразведочных проектов. Но потом отчисления на воспроизводство МСБ были превращены в дополнительный налог на добычу, не имеющий аналогов в мире.

В железорудной подотрасли продолжительность жизни большинства предприятий сегодня целиком зависит от инвестиций, направляемых на поддержание их мощности. Крайне нуждаются в капиталовложениях практически все железорудные карьеры и шахты Сибири и Урала, где металлургия испытывает дефицит в местном сырье. Инвестиционная поддержка нужна Коршуновскому и Высокогорскому ГОКам, Краснока-менскому, Ирбинскому, Тейскому, Таштагольскому и Абаканскому рудоуправлениям. Запасы железной руды в этих районах уже истощены, и дальнейшее существование предприятий связано с развитием добычных работ на месторождениях, находящихся на значительном расстоянии (до 100 км) от обогатительных фабрик. В таком же положении находится Оленегорский ГОК, где в связи с истощением основного месторождения к разработке подключено четыре дополнительных, весьма удаленных от обогатительного передела.

В сложной экономической ситуации оказался Костомукшский ГОК. Строительство карьера, согласно проекту, должно было осуществляться в две очереди. Первая очередь разработки Костомукшского месторождения (крутопадающего, большой протяженности) с относительно небольшой мощностью залежи должна была осуществляться вначале с применением только автотранспорта, а в 90-е годы планировалось перейти к использованию комбинированного автомобильно-железнодорожного транспорта, для чего требовалось построить целую сеть железнодорожных путей в карьере и на отвалах. С 1992 года централизованное финансирование прекращено. Из-за отсутствия инвестиций не удалось достичь необходимого уровня развития железнодорожного транспорта в карьере, а возможности автомобильного с углублением горных работ оказались исчерпанными. Не решена проблема вскрытия глубоких горизонтов основного карьера. В этой ситуации комбинат вынужден приступить к разработке других рудных залежей, для чего также требуются значительные вложения.

Из-за отсутствия инвестиций на Ковдорском ГОКе задерживается вскрытие глубоких горизонтов с применением конвейерных подъемников в карьере и внедрение новой технологии создания его крутых бортов. Михайловскому ГОКу средства нужны для выполнения программ пе-реоконтуривания карьера и реализации других мер повышения конку-рентоспособности железорудной продукции. Перечень проблем, с которыми столкнулись предприятия, определяющие сырьевую обеспеченность российской черной металлургии, можно продолжить.

Разница между фискальной и стимулирующей системами государственного регулирования хорошо видна. В первом случае целевым источником развития являются только амортизационные отчисления, назначение которых - восстановление изношенных основных фондов. Использовать эти средства на воспроизводство сырьевой базы - значит, добивать основные фонды, износ которых на железорудных предприятиях уже достиг 80% .

Во втором случае воспроизводство сырьевой базы предприятия идет за счет целевых средств - скидок за истощение недр. Если бы отечественные горно-обогатительные комбинаты и рудоуправления предыдущие 10 лет работали на условиях, принятых в международной практике, они могли бы поддерживать производственные мощности за счет образования целевого фонда в размере 8,4% от дохода. Лучшего решения проблемы, чем такая скидка, в мире пока не найдено. И до тех пор, пока в России не будет изыскан целевой источник поддержания мощности горнорудных предприятий, вывести их из кризиса не представляется возможным.

С января 2002 года вступила в действие глава 26 Налогового кодекса РФ - «Налог на добычу полезных ископаемых». В качестве льготы пре-дусматривается налоговая ставка, равная 0% «при добыче полезных ископаемых в части нормативных потерь полезных ископаемых» и «при добыче полезных ископаемых при разработке некондиционных (остаточных запасов пониженного качества) или ранее списанных запасов полезных ископаемых».

Можно понять, что в первом случае речь идет о потерях запасов, которые образуются в зонах контактов рудных тел с вмещающими породами: небольшая часть запасов руды засоряется до такой степени, что содержание полезного компонента становится ниже бортового. При отгрузке такого сырья на фабрику недропользователь несет убыток. Поэтому технологические потери при добыче неизбежны, и установленную ставку 0% нельзя признать льготой.

Явно убыточной будет разработка некондиционных руд (с содержанием ниже бортового) и списанных запасов (их ведь и списывали как убыточные). Расчеты показывают, что добыча 1 т некондиционной руды с содержанием железа 12-15% в Коршуновском карьере дает экономию по налогообложению 3 руб. 66 коп., а убыток от ее переработки составляет 85 руб. 92 коп. Чем больше пользоваться такими «льготами», тем выше вероятность стать банкротом.

Предоставив при разработке непромышленных запасов эту льготу, государство таким образом определило и основную цель - полноту извлечения полезного ископаемого из недр, что искажает самый смысл экономической деятельности, т.е. получение прибыли. Но правительство РФ постановлениями от 26 и 29 декабря 2001 года для ужесточения контроля за полнотой извлечения руды утвердило «Правила отнесения запасов полезных ископаемых к некондиционным» и «Правила утверждения нормативов потерь полезных ископаемых при добыче». Если до этого нормативы потерь при добыче согласовывались при рассмотрении планов горных работ в органах Госгортехнадзора России, как было принято еще в СССР, то теперь их нужно утверждать и в Министерстве природных ресурсов РФ. Кроме того, вводится новый норматив - содержание твердых полезных ископаемых, остающихся во вскрышных, вмещающих породах.

Если Госгортехнадзор России будет теперь контролировать выполнение утвержденных МПР нормативов потерь руды в процентах к погашенным балансовым запасам, то само это министерство, по-видимому, станет проверять те же самые потери в процентах к выполненной вскрыше. Но содержание полезного ископаемого во вскрышных породах меняется в зависимости от объема вскрыши, который никакого отношения к потерям не имеет. При таком подходе можно придумать что-нибудь еще более экстравагантное: например, норматив потерь руды по отношению к откачанной из карьера воды, в которой может находиться полезное ископаемое!

Приходится констатировать, что система государственного регули-рования недропользования в России, как она принята в главном горном законе «О недрах», направлена на снижение эффективности разработки месторождения. Например, основным критерием для конкурсного получения лицензии на разработку месторождения является не эффективность его разработки, а опять-таки полнота извлечения полезных ископаемых (ст. 13.1). Одно из основных требований к рациональному использованию недр и их охране сводится все к тому же: «обеспечение наиболее полного извлечения из недр запасов» (ст. 23). Но разве рациональность не должна включать экономические показатели? Увы, им здесь не нашлось места.

Экономическая теория, принцип сбережения ресурсов гласят, что добыча будет продолжаться до тех пор, пока затраты на выемку и переработку последней тонны не превысят стоимость полученной из нее продукции. Содержание железа в последней тонне будет минимальным промышленным. Это - основной критерий отнесения запасов руды к кондиционным или некондиционным. Минимальное промышленное содержание зависит от уровня цен на продукцию горнодобывающего предприятия, затрат на добычу и переработку руды и сквозного извлечения металла во всех переделах производства. Последнее же связано с технологическими характеристиками руды и применяемыми технологиями. Извлечение металла, как правило, стабильно и не подвластно вышеуказанным правительственным мерам контроля.

Если минимальное промышленное содержание металла в руде в недрах меняется из-за цен на продукцию и потребляемые ресурсы, то должны переоцениваться и промышленные запасы. Мониторинг этого показателя с уточнением и промышленных, и некондиционных запасов должен по смыслу осуществляться на каждом горнорудном предприятии с уведомлением Государственного фонда недр.

Например, в марте 2002 года президент США принял решение о введении 30 %-ной пошлины на ввозимую сталь. Последствием этого может стать сокращение ее производства в России и, следовательно, уменьшение потребления железорудного сырья, снижение цены. Чтобы не упала рентабельность, недропользователь должен поднять среднее содержание железа в добываемой руде и оперативно перевести часть балансовых запасов в некондиционные при благоприятной конъюнктуре рынка нужно, соответственно, понизить среднее содержание железа в добываемой руде.

Так, на наш взгляд, должно быть в теории. На практике же - полное недоверие к специалистам производства. В соответствии с упомянутым постановлением правительства РФ от 26 декабря 2001 года, отнесение запасов твердых полезных ископаемых к некондиционным должно осуществляться Министерством природных ресурсов по результатам технико-экономических обоснований эксплуатационных кондиций для подсчета полезных ископаемых. Эксплуатационные кондиции, согласно инструкции ГКЗ МПР, являются временными, так как устанавливаются на ограниченный срок. Очевидно, МПР имеет в ввиду, что срок действия рынка в России тоже ограничен.

Чтобы на ограниченный срок применить эксплуатационные кондиции для отнесения полезных ископаемых к некондиционным запасам, нужно, согласно упомянутому постановлению правительства и инструкциям МПР, пройти следующую процедуру:

выдать задание проектному институту; разработать ТЭО эксплуатационных кондиций; получить заключение от нескольких экспертов, нанятых ГКЗ МПР; утвердить эксплуатационные кондиции в ГКЗ;

произвести пересчет запасов в соответствии с эксплуатационными кондициями;

получить экспертное заключение по запасам; утвердить их в МПР.

Этот длительный и дорогостоящий для недропользователя процесс перевода запасов в некондиционные может не иметь конца, так как не исключено, что после утверждения запасов по материалам 2 - 3-летней давности потребуется иметь другие эксплуатационные кондиции в связи с изменением конъюнктуры рынка. Этот порядок может быть применен для оценки нового месторождения, но никак не для разрабатываемого.

В отличие от стран с развитой рыночной экономикой, особенностью подсчета балансовых запасов в России является применение не одного, а двух различных по значению кондиционных показателей: бортового (минимального) и минимального промышленного. При этом первый всегда оказывается меньше, чем второй (иногда в 2 раза и более).

Использование бортового показателя позволяет включать в подсчет балансовых запасов некондиционные руды, благодаря чему значительно возрастает их количество, зато ценность месторождения из-за усредненного содержания полезного ископаемого опускается до минимального уровня (5-10% рентабельности). Прибыль от разработки кондиционных руд (с содержанием металла выше минимального промышленного) съедают убытки от разработки некондиционных руд. Так во имя наиболее полного извлечения полезных ископаемых искусственно создаются малорентабельные месторождения.

Все запасы железных руд в России - более 57 млрд. т (в их числе и разрабатываемые в настоящее время) - поставлены на баланс при плановой экономике. С 1999 года действует методика оценки месторождения, соответствующая мировой практике. Его стоимость определяется теперь как разность между дисконтированной чистой прибылью за время разработки и дисконтированными капитальными вложениями. Однако какова современная стоимость 57 млрд. т запасов железной руды, никто не знает.

Думается, что геолого-экономическая переоценка показала бы, что больше половины запасов, в том числе разрабатываемых месторождений, попадет в разряд экономически неподтвержденных. При отсутствии инвестиций и государственной поддержки в виде налоговых льгот железорудные предприятия продолжают разрабатывать низкорентабельные месторождения в соответствии с постоянными кондициями, утвержденными еще ГКЗ СССР. Да еще действует закон «О недрах», закрепляющий приоритет полного извлечения над эффективностью разработки, монополию МПР в оценке запасов и двойной контроль над тем, чтобы запасы, дающие убытки, не оказались утраченными. В результате государство несет двойные потери - от появления убыточных горнорудных предприятий и от содержания способствующих этому армии методистов и контролеров.

Алексей Сухорученков, генеральный директор АООТ« Рудпром» Владимир Евсип, заместитель генерального директора АООТ

«Рудпром». «Металлы Евразии» (Москва)

КРИЗИС ПО ТЕХНИЧЕСКИМ ПРИЧИНАМ

Со времен Железного века человечество выплавило слишком много стали

Решение президента Буша о введении импортных пошлин на черные металлы вызвало бурю эмоций во всем мире. Оно подверглось резкой критике как внутри США, так и со стороны Европейского Союза и Японии. В России его характеризовали не иначе как очередной злонамеренный выпад против «стратегического партнера». Оценки ущерба, который понесут российские металлурги, быстро пошли в рост. Михаил Касьянов поначалу осторожно сообщил о $400 млн. Последующие комментаторы довели сумму потерь до $1,5 млрд. Металлурги заявили, что Америка закрыла свой рынок, вслед за ней остальные рынки тоже закроются, а вот российское правительство никак отрасль не защищает, надо хотя бы экспортные пошлины (3-5%) отменить.

Джордж Буш ввел пошлины в размере от 8% до 30% на 10 видов продукции черной металлургии. России больше всего касается вопрос о слябах - плоских полуфабрикатах. В прошлом году Россия экспортировала в США порядка 2 млн. т металлопродукции, и в основном это именно слябы.

Слябы - это дешевые полуфабрикаты с очень низкой добавленной стоимостью. Поставки более высокотехнологичных видов продукции, скажем, горячекатаной стали или сортового проката, были существенно ограничены еще летом 1999 г. - после подписания российско-американского соглашения по торговле сталью. Американцы тогда применили шантаж в виде антидемпинговых процедур и добились подписания соглашения на своих условиях - были введены квоты и минимальные цены на продукцию. В результате чего поставки российского металла в США сократились с 6 млн. т до нынешних 2 млн. т.

Характерно, что на этот раз власти США ни о каком демпинге даже не упоминают. Ограничения накладываются на «честные» поставки. Насколько эти меры соответствуют нормам ВТО, будет выяснено после соответствующего разбирательства между Евросоюзом и США. Однако и так понятно, что пойти на них американцы могли только из-за глубочайшего кризиса в сталелитейной отрасли.

Мировые цены на сталь достигли своего минимума за последние 20 лет. В прошлом году в мире было произведено около 840 млн. т стали. При этом, по оценкам рабочей группы ОЭСР по стали, в мире насчитывается порядка 250 млн. т избыточных мощностей.

Переизбыток производства объясняется двумя сугубо технологическими факторами. По словам начальника отдела инноваций и инвестиций департамента металлургии Минпромнауки Леонида Шевелева, если бы качество стали оставалось на уровне 1950 г., то мировые потребности были бы выше примерно на 300 млн. т в год. Вторая причина - развитие так называемых мини-заводов, работающих по коротким технологиям. Со времен Железного века люди выплавляли металл из руды. Однако с тех пор накопилось достаточно много металлолома, а технологии его сбора и переработки сильно усовершенствовались. На мини-заводе лом переплавляется в электродуговых печах, металл поступает на машины непрерывного литья заготовок и далее - на прокатный комплекс. Не надо ни чугуна, ни кокса. Сокращение себестоимости производства по сравнению со стандартным производством может достигать 50%. Но теперь, по словам торгового представителя США Роберта Зеллика, убытки несут как традиционные производства, так и мини-заводы.

Проблема реструктуризации и вывода из эксплуатации неэффективных избыточных мощностей остро стоит во всем мире. В рамках программы ОЭСР до 2003 г. ожидалось закрытие производства 61-65 млн. т, еще 9,5 млн. т сократят к 2005 г., а 23 млн. т - к 2010 г. С учетом существующего переизбытка - меры явно недостаточные. С другой стороны, после односторонних действий США их воплощение в жизнь становится проблематичным.

Правда, и президент Буш тоже принял половинчатые меры. Сталелитейные компании требовали 40%-ных пошлин на срок 4 года, обещая взамен этого провести необходимую реструктуризацию за свой счет. Желаемого американские металлурги не получили, но теперь, как заявил Зеллик, сама отрасль становится ответственной за свою реструктуризацию. За это даже стальное лобби США критикует решение Буша. А избыточная сталь остается неприкаянной. В принципе, российские ограничения против украинских труб носят точно такой же характер. А на Украине началось обсуждение вопроса об упорядочении импорта железорудного сырья из России, которое оказалось дешевле украинского. Так что инициативы Буша критикуют все, но его методы охотно применяют.

«Русский фокус» (Москва)

МЕТАЛЛУРГИ БЬЮТ В РЕЛЬС

Плановый спад в отрасли продолжается

Обозначившийся еще в прошлом году спад на предприятиях черной металлургии продолжился и в 1 квартале. Жесткая зависимость российского металлургического комплекса от экспорта заставляет рассматривать результаты производственной деятельности отрасли через призму мировой экономической конъюнктуры.

Основная часть производимой в России металлопродукции по-прежнему поставляется на экспорт. По данным консультационно-аналитического центра Объединенной металлургической компании (ОМК), в 2001 г. зарубежным потребителям было отгружено около 54% готового проката. А ведь в 2002 г. положение на мировом рынке металлов продолжает ухудшаться. На фоне увеличения складских запасов металлопродукции уровень цен и спрос на нее остаются низкими. В январе-феврале 2002 г. стоимостной объем экспорта российских черных металлов снизился по сравнению с соответствующим периодом 2001 г. на 9%.

В отличие от мирового, несколько вырос внутренний российский рынок. Но оживление внутренней конъюнктуры не смогло компенсировать потерь от снижения экспорта. К тому же, на 20% сократилось потребление стальных труб. Низкий спрос на российскую металлопродукцию неизбежно повлек за собой свертывание производства. Согласно данным Госкомстата России, индекс производства продукции черной металлургии в январе-марте 2002 г. по сравнению с соответствующим периодом 2001 г. составил 99, 3%.

ГИГАНТЫ ЗАЯВЛЯЮТ О СНИЖЕНИИ

В I квартале 2002 г. продолжилась начавшаяся еще в прошлом году тенденция сокращения выпуска чугуна, стали и проката на ряде крупнейших металлургических комбинатов с полным технологическим переделом. Наиболее значительно сократили производство металла «НОСТА» и Кузнецкий металлургический комбинат (КМК).

Как пояснил представитель КМК, падение производства связано не только с ухудшением экономической конъюнктуры, но и со старением основных фондов. «Часть оборудования выработала свой ресурс, мы вывели его из эксплуатации, - говорит собеседник «Фокуса», - естественно, объемы упали. Теперь надо проводить реконструкцию, а средств не хватает». На предприятии не только снижен объем, но и прекращен выпуск некоторых видов металлопродукции.

В январе-феврале производство чугуна, стали и проката на ОАО «Се-версталь» было практически на уровне соответствующего периода прошлого года. Однако по результатам I квартала выпуск проката уменьшился на 3%. Исполнительный директор ОАО «Северсталь» Анатолий Кручинин пояснил, что причиной сокращения стало затоваривание портов отгрузки в Санкт-Петербурге («Автово», Новый порт). В марте меткомбинат создал определенные запасы металла и в апреле отгружает потребителям дополнительно свыше 100 000 т металлопроката. Компания расширяет номенклатуру выпускаемой продукции. Так, недавно ОАО «Северсталь», европейский концерн Arsulor и компания Usinor (Франция) объявили о создании нового совместного предприятия «СеверГал» (SeverGal), которое будет производить оцинкованный автомобильный лист. В рамках проекта начинается строительство линии оцинкования на промышленной площадке металлургического комбината в Череповце.

Финансовое положение на крупных комбинатах в I квартале осложнилось не только в связи с ухудшением ситуации на рынках, но и по причине значительного увеличения энергетических и транспортных тарифов. Рост себестоимости продукции и падение прибыли вынудили руководство Челябинского металлургического комбината («Мечел») принять решение о сокращении инвестиционного плана на 2002 г. Первоначальный объем инвестиций уменьшается в два раза - с 900 млн. руб. до 450 млн. руб. Урезание инвестиционных аппетитов произошло несмотря на промышленный рост. В январе-марте на «Мечеле» выплавка чугуна увеличилась в сравнении с аналогичным периодом прошлого года на 6%, стали - на 2%, производство проката осталось на уровне I квартала 2001 г.

ЗАКАЗ УПАЛ, ТРУБА ПОМЯТА

Серьезное падение выпуска продукции произошло в трубной про-мышленности, которая в течение всего прошлого года была безоговорочным лидером роста в черной металлургии. Снижение мировых цен на нефть и лимитирование экспортных поставок поубавили оптимизма у российских нефтяных компаний - главных потребителей трубной продукции. Как следствие, нефтяники свернули инвестиционные программы и сократили заказы трубным предприятиям. В результате объем выпуска стальных труб в январе-феврале снизился.

Сокращение числа заказов со стороны машиностроителей стало ос-новной причиной снижения объемов производства и на ОАО «Амурме-талл». Начальник планово-экономического управления предприятия Ирина Юшкина в беседе с «Фокусом» отметила, что выпуск стальной заготовки в I квартале составил 90% к аналогичному периоду 2001 г. «Проката мы произвели еще меньше, - говорит Ирина Юшкина, - всего 44% к прошлогоднему периоду». В условиях сокращения потребления металла на российском рынке обостряется конкуренция. По утверждению Юшкиной, потребителей металлопродукции разбирают между собой гиганты, а средним и мелким предприятиям не достается практически ничего.

«Сегодня невозможно пробиться к таким проектам, которые позволяли бы говорить о масштабном увеличении производства, - говорит Юшкина, - соревноваться с гигантами отрасли мы не в состоянии. Наше предприятие обеспечивает потребности Дальнего Востока. А они невелики. ПОЭТОМУ около 80% металла мы поолаем на экспопт».

СОКРАЩЕНИЙ ИЗБЕЖИМ, А ЗАРПЛАТА - ПО ДОХОДАМ

Газета «Горняцкий вестник» не так давно опубликовала интервью с генеральным директором ОАО "Оленегорский ГОК" В.В.ВАСИНЫМ и председателем профкома комбината И.Г.ПОЯНСКИМ. Интервью на злобу дня - о производстве, налогах, зарплате. О причинах кризиса и способах выживания.

- Виктор Васильевич, вы вернулись из Череповца, где встречались с руководством ОАО "Северсталь". Перед вашей поездкой мы узнали о том, что произошло со "стальными" пошлинами. Их повышение сказалось и на нашем предприятии. С чем вы приехали из Череповца, что будет с нами дальше?

- Повышение «стальных» пошлин - это ведь не первая акция рынка по делам, связанным с продажей продукции металлургов России. Вспомним, что два с лишним года назад все начиналось с антидемпинговых мероприятий, когда возмущенные низкой ценой металла, который шел из России, все, скажем так, классические капиталистические страны Запада начали довольно жесткие и продолжительные антидемпинговые расследования. В результате несколько потеснили тогда россиян на внешнем рынке.

Следующим за антидемпинговыми процессами был квотный период, когда уменьшили дозволенные объемы продаж российского металла в той или иной стране. И вот, в конце концов, третья стадия: установление по решению Буша, одобренного конгрессом США, 30%-ньгх пошлин на поставку металла. Цель ясна - вытеснить российских металлургов с международного рынка и дать возможность металлургам Америки, да и других капиталистических стран, не иметь на своем рынке металл из России. И таким образом содействовать развитию металлургических отраслей в этих странах.

Какова реакция "Северстали" на все эти действия? Во-первых, эти три знаковых события - далеко не самое главное и не единственное, что произошло на международном рынке. Дело в том, что в металлургии последние несколько лет, по сути третий год, идет кризис, связанный с перепроизводством металла. Тесно стало на рынке. И в связи с этим мы имели не очень хорошие потенциаль-ные ситуации в предыдущие годы. Однако в прошлом году комбинату удалось удержаться на уровне даже большем, чем тот объем продажи ЖРК, о котором договорились с «Северсталью». Другие покупатели для нас сегодня не подходят: ни российские, ни зарубежные, самый удобный по расстоянию, по другим ком-мерческим связям - это, конечно, "Северсталь".

В 2002 году, к сожалению, нам не удалось удержаться в прошлогодних объемах. Даже договор был заключен на меньший объем, чем фактические про-дажи прошлого года.

Для нас это чревато неизбежными ощутимыми последствиями: выручка резко упадет, возрастут убытки, усложнятся расчеты с кредиторами, поставщиками нужной продукции. Не будет никаких возможностей по увеличению зарплаты нет пока никакой абсолютно. Пока нам удается, и будем надеяться, что это будет продолжаться, своевременно выплачивать аванс и зарплату.

Разговор, который состоялся в "Северстали", закончился тем, что соответ-ствующие руководители и специалисты по поручению Алексея Александровича Мордашова все-таки рассмотрят вопрос приобретения у нас в этом году хотя бы договорного объема концентрата. Он на 4% ниже уровня прошлого года, и, повторюсь, пока реализация идет хуже, чем было обговорено. Но, во всяком случае, поручение есть, и будем надеяться, что оно будет выполнено.

-Какие темы, помимо договорных обязательств, обсуждались с руководством ОАО "Северсталь"?

- Затрагивался широкий круг вопросов. Один из самых главных, которые мы ставили перед руководством "Северстали", - строительство подземного руд-ника. Рассматривалось все это коллегиально, с большим представительством руководителей и специалистов. К сожалению, "Северсталь" не находит возмож-ности кредитования строительства из-за долгой окупаемости этого проекта. Си-туация на самой "Северстали" тоже несколько тяжелее, чем в прошлом году. "Северсталь" реализует крупные инвестиционные проекты, начатые несколько лет назад, - это и выпуск труб большого диаметра, и оцинкование, и прочее. Выделить деньги на наш проект подземного рудника не может.

Характеризовать ситуацию как совсем плохую я бы не стал. Впереди есть определенное количество лет: 7-8,дажедо 10. Может быть, нам что-то удастся. Специалисты "Северстали" предполагают, что кризис продлится еще пару-тройку лет, затем может начаться подъем металлургической отрасли. Тогда, возможно, удастся вернуться к вопросу поддержания сырьевой базы нашего предприятия.

Недостаток проекта, который разработан нашими специалистами и соот-ветствующими профильными институтами, заключается в том, что очень продолжителен возврат капвложений - около 15 лет. Более скорого возврата в горнорудной промышленности ожидать трудно, но наш единственный ожидаемый кредитор «Северсталь» (в банках мы кредиты брать не сможем) сейчас в таком состоянии, что просто не находит свободных денег, чтобы пустить их в долгий путь, с возвратом в полтора десятка лет. Привлекательная же сторона проекта в том, что руда, добытая подземным способом, была бы ненамного, менее 10%, дороже, но производство концентрата из той руды (Оленегорского рудника) - дешевле, чем нынче, из смешанной руды пяти карьеров.

Сейчас же мы намерены проработать другой вариант, возможно, он будет более успешным, - с применением не капиталоемкой зарубежной техники для подземного рудника, а отечественной или из стран СНГ. Себестоимость концентрата тогда поднимется, но, возможно, в допустимых пределах. Расчеты покажут, и если вариант будет приемлемым, мы вернемся к идее подземки и снова выйдем с проектом в «Северсталь-групп».

- Виктор Васильевич, каковы социальные последствия явлений, о которых мы говорим?

- Сокращений массовых не замышляем, делая ставку на естественньш отток людей. Но как-то стимулировать уход определенных категорий работников намереваемся. Например, используя выходные пособия. Очевидно и то, что проблематичным будет повышение зарплаты. Конечно, и прекращение приема на комбинат в этом и следующем годах не улучшит ситуацию в городе с рабочими местами. Все же это 250-300 человек ежегодно. Значительно уменьшатся налоговые отчисления ГОКа - это тоже небезразлично для города.

И. Полянский: - В действующем колдоговоре обговорен порядок стимули-рования уходящих на пенсию: лица, отработавшие безупречно на предприятии 25 и более лет, при выходе на пенсию получат среднехмесячный заработок. Сейчас, с учетом нового Трудового кодекса, рассматриваются и дополнительные варианты. Люди в основном понимают ситуацию правильно. Были всякие времена на комбинате, много испытаний позади. И все-таки мы удержались. Нынешние сложности тоже надо пережить. Наверное, после ввода заградительных пошлин и правительство должно подумать о том, как у нас в России развивать производство, чтобы отличный отечественный металл продавался на рынке.

-Действительно, власть не должна спать. Содействие в преодолении нынешней ситуации входит и в ее задачу, проблема-то далеко не отраслевая...

В.В.: - Я недавно прочел интервью с Медведковым, замминистра Минэко-номики. По его словам, правительство уже почти определилось, и месяца через полтора-два собирается ввести довольно солидные, до 37%, пошлины на ввоз металла из Казахстана, с Украины. Ведь почему, к примеру, украинский металл привлекательно дешев? Во-первых, украинское правительство предоставило своим металлургам солидные льготы, удешевив их производство, плюс отсут-ствие российских пошлин. Вот и валит металл с Украины, а свой девать некуда. Думаю, разберутся. Проблема, конечно, не только отраслевая - она касается всех регионов, металлурги у нас работают повсюду: это Центр, Урал, Сибирь, наш Северо-Запад, юг России. И потом, металлурги же работают не сами на себя, они тесно связаны с машиностроителями, железнодорожниками, энергетиками, угольщиками, газовщиками и т.д.

Я хотел бы, пользуясь случаем, через газету поднять и крайне неприятную в последнее время тему. Положение комбината крепко осложняется тем, что го-род не принимает практических мер, чтобы упорядочить расчеты за отпущенную теплоэнергию. Сегодня долг комбинату перевалил за 80 млн. руб. Угля почти нет, под вопросом его закупки на следующий сезон.

Уголь, тепло - это наша больная тема. Большие деньги отвлечены, а у нас на производстве масса проблем. Мы отказываемся порой от закупок самого не-обходимого, не даем горнякам денег на приобретение ковшей, запчастей, не успеваем покупать взрывчатку, сменное оборудование для фабрики. Во многом ужимаемся, но ведь производство-то надо поддерживать. Все дорожает. А кто будет поднимать сейчас цену на концентрат, когда, по сути, его избыток? Словом, оплата городом теплоэнергии - это такая для комбината болячка, которая усугубляет и без того нелегкую жизнь производства.

- Возвращаясь к производству: снижение заказа «Северстали», вероятно, приведет к технологическим переменам?

- Да, в ближайшие дни мы определимся, каким будет регламент работы наших основных технологических переделов . Наверняка, если совсем не оста-новим ЦПТ, то переведем на работу в считанные дни. Остальное время ЦПТ придется стоять.

Перераспределение, соответственно заказанному объему ЖРК, произой-дет и по рудникам. Остановить хотя бы один из них, что было бы в общем-то целесообразно в нынешней ситуации, мы не можем по элементарной причине: законсервируешь рудник - там тотчас все разворуют, никакая охрана не помо-жет. .. Поэтому работать будут все - у кого-то будет больше руды и меньше вскрыши, у кого-то наоборот. Но в любом случае, все объемы работ будут вестись на уровне примерно двух третей от обычного. Кому-то придется быть на простое, кому-то работать на сниженном объеме. Все это, конечно, приведет к снижению среднего заработка - скорее всего, нам его не удержать.

Доля зарплаты в общих затратах на товарную продукцию составляет 27-28% вместе с отчислением социального налога, и мы не можем эту пропорцию сломать.Если на зарплату пустить, скажем, процентов 50, тогда мы не купим взрывчатку, те же запчасти, не оплатим электроэнергию. Такое соотношение у всех горняков, да и у многих других промышленников. Поэтому жить должны на то,что заработаем.

- Значит, трудящимся комбината надо быть морально готовыми к тому, что зарплата составит примерно 2/3 от прежней?

- Скажу так: она будет значительно ниже, чем была до этого. Зарплата формируется с выручки. А там еще налоги. Ведь с нас не снято "ярмо" по выполнению графика расчета по долгам в федеральный бюджет, мы продолжаем их платить. Но и другие налоги нельзя задерживать, хотя нам, повторяю, задолжали десятки миллионов рублей.

- Иван Григорьевич, ваши прогнозы: как люди отнесутся к происходящему?

- По-разному могут отнестись... Люди спрашивают: как будем жить? Будем ли вовремя получать зарплату? Устоим ли? Но в большинстве своем трудящиеся понимают, что мы стали своего рода заложниками нынешних проблем. Положение, в котором оказался комбинат, серьезное, но не смертельное. Не надо отчаиваться. Будем работать, многое в наших руках.

Беседовала Татьяна Попович («Горняцкий вестник», Оленегорск)

КАТАСТРОФА МЕТАЛЛУРГОВ ИЛИ ТЕСТ НА ВЫЖИВАЕМОСТЬ? «МЕЧЕЛ» ТЕРЯЕТ ЛЮДЕЙ И ДЕНЬГИ

Введение Соединенными Штатами антидемпинговых процедур в отношении российских металлургов может стать катастрофой для отрасли, которую принято считать становым хребтом отечественной экономики. Однако выясняется, что даже в этих условиях среди российских предприятий есть те, которые выиграли от последних решений США. Ими оказались немногочисленные российские металлургические компании, которые, будучи дальновиднее остальных, уже давно поставляют на Запад не сырье, а готовую продукцию.

До конца года ОАО «Мечел» предстоит сократить тысячу работников, в бюджеты всех уровней от комбината недопоступит около одного миллиарда рублей, Металлургический район города, скорее всего, останется без теплоснабжения. Такие невеселые перспективы обрисовал на недавней пресс-конференции Алексей Иванушкин, генеральный директор комбината.

Комбинат вынужден сократить работающих по объективным причинам - из-за падения объемов производства, вызванного не только американскими санкциями, но и состоянием российской экономики. В последние годы на «Мечеле» шло неуклонное снижение получаемой прибыли, поэтому дальше кредитовать теплоснабжение Металлургического района предприятиене в силах. Долги муниципальных предприятий теплоснабжения перед «Мечелом» сегодня составляют около 70 миллионов рублей. Скорее всего, предстоит сокращение расходов на социальную сферу, может быть, до тридцати процентов. Иванушкин отметил, что трудные времена наступают не только на челябинском комбинате, но и на всех предприятиях черной металлургии в стране.

Причиной бедственного состояния дел в отрасли Алексей Иванушкин считает не только введенные администрацией США торговые пошлины, но и действия российского правительства. Заключенное три года назад между российской металлургической промышленностью и властями Америки «Всеобъемлющее соглашение по торговле сталью» генеральный директор «Мечела» назвал ошибочным, потому как документ откровенно ущемлял права российских товаропроизводителей и был направлен прежде всего на защиту внутреннего американского рынка от экспорта.

По словам Иванушкина, потери российских металлургов от введения пошлин в США нечем компенсировать: те объемы металла, которые ранее шли на экспорт, просто некуда больше продавать. В России они не нужны, в странах Юго-Восточной Азии или Европе российский металл неконкурентоспособен из-за своей цены. Поэтому снижение производства в разы на российских предприятиях неизбежно, за чем последует обострение социальных проблем. Впрочем, по заверению выступавшего, потери собственно «Мечела» от свертывания американского экспорта будут невелики, скорее, как выразился Иванушкин, здесь говорит обида. «Мечел» поставлял в США небольшой объем своей продукции, но той, которая находилась в высшем ценовом сегменте.

Напоследок Алексей Иванушкин озвучил собственное видение выхода отрасли из кризиса, в котором, по его утверждению, невозможно обойтись без поддержки правительства. Первым шагом правительства Михаила Касьянова должны стать полная отмена экспортных пошлин на российский металл и одновременное введение протекционистских пошлин на импорт металла из стран ближнего зарубежья, прежде всего, Украины. Не менее важным мероприятием стала бы разработка и дополнение законодательства в сфере возврата НДС российским товаропроизводителям, которые сейчас несут ощутимый урон.

«Мечел», например, лишь недавно смог отсудить у налоговых органов 800 миллионов рублей, однако осталась еще приличная сумма в 200 миллионов.

Но основными мерами по поддержке металлургов должно стать обуздание аппетитов естественных монополий, в первую очередь МПС и РАО ЕЭС. Подвергнув жесткой критике бездарную реструктуризацию этих компаний, Алексей Иванушкин предложил предоставить всем предприятиям право свободного доступа на ФОРЭМ, где они бы могли закупать электроэнергию по конкурентоспособным ценам. Сейчас же, по его словам, за счет высоких тарифов «Мечел» и другие попросту кредитуют ОАО «Челябэнерго». Однако поддержку интересов последнее имеет, похоже, как на федеральном, так и на региональном властном уровне, поэтому вряд ли предложения Иванушкина будут реализованы на практике. Для МПС же было предложено вообще снизить тарифы на перевозки внутри страны процентов... на пятьдесят, что также вряд ли возможно на практике.

«Вечерний Челябинск»

УКРАИНА ОГРАНИЧИВАЕТ ИМПОРТ РОССИЙСКИХ ЖЕЛЕЗНЫХ РУД И КОНЦЕНТРАТОВ

Правительство Украины утвердило квоты на импорт в 2002 году , железорудной продукции из России, подлежащей лицензированию, в размере 4,55 млн. т. Импорт неагломерированных железных руд и концентратов (кроме выжженного пирита) ограничен 4,3 млн. т, агломерированных — 0,25 млн. т. Премьер-министр республики Анатолий Кинах объяснил введение квот быстрым ростом российского импорта, связанного с большой разницей в цене энергоносителей на Украине и в России.
«Время новостей» (Москва)

КИТАЙ ИЗБАВЛЯЕТСЯ ОТ РОССИЙСКОГО ПРОКАТА

Правительство Китая уведомило Россию о начале антидемпингового расследования в отношении российских импортеров горячекатаного проката. В случае введения пошлин потери России составят более 100 млн. долларов. Сильнее всех при этом пострадает Магнитогорский металлургический комбинат (ММК).
Ассоциация промышленников Китая направила в адрес правительства заявление о демпинге со стороны российских импортеров. Визит в Пекин в конце апреля вице-премьера Виктора Христенко не дал результатов: Китай все-таки решил пойти по пути наименьшего сопротивления и начать антидемпинговое расследование.
Предполагаемый размер пошлины составит 15 - 25%. Сильнее всего она ударит по ММК, основному экспортеру проката в Китай. Кроме Магнитки, продукцию в эту страну отгружают «Северсталь», НТМК и НЛМК, которые также могут пострадать.

По мнению замминистра экономразвития РФ Максима Медведкова, «введение новых пошлин крайне негативно скажется на отечественной металлургии, цена вопроса составляет сотни миллионов долларов». Проблема пошлин, по его словам, станет одной из главных тем для обсуждения на заседании российско-китайской комиссии под руководством Германа Грефа. И хотя о возможных результатах можно только гадать, сами металлурги оценивают исход дела весьма осторожно.
«Китай для России является важным рынком сбыта металлургической продукции, - заявил «Газете» пресс-секретарь НЛМК Андрей Сидоров. - Но введение новых ограничительных мер, которых, в принципе, ожидали, ничего хорошего не принесет».

Сегодня в отношении продукции российских экспортеров возбуждено несколько антидемпинговых расследований. В частности, Украина вплотную «занялась» поставками стрелочного оборудования (его производит муромский завод), а также намерена ввести ограничения на ввоз железорудного сырья. Кроме того, украинская сторона заявила о намерении начать антидемпинговое расследование в отношении поставок российских железнодорожных вагонов и машиностроительной продукции. В свою очередь, российские промышленники ждут, что Россия в ответ введет высокие мот шиы на поставки металла из Украины и Казахстана. Но, судя по последним договоренностям Путина и Кучмы, этого не произойдет до rex nop, пока не решится вопрос о вступлении Украины в Евразийское экономическое сообщество.

«Газета» ( Москва)

ЭКСПОРТ СНИЗИЛСЯ НА 4,5 ПРОЦЕНТА

Экспорт черных металлов из РФ в 1-м квартале в стоимостном выражении снизился на 4,5% по сравнению с январем-мартом 2001 года и составил $1,62 млрд., сообщили «Интерфаксу» в Минпромнауки России.

«В основном это вызвано ограничением поставок железной руды, чугуна, ферросплавов на рынки Европы и США и снижением уровня средних экспортных цен на продукцию высокой степени технологической переработки, прежде всего, на листовой прокат стали», - уточнил представитель министерства.

По его мнению, негативное влияние на работу металлургических предприятий оказывают также повышение цен на продукцию и услуги естественных монополий и ограниченность инвестиций на модернизацию производства.

Представитель Минпромнауки России отметил, что, кроме ухудшения ситуации на внешнем рынке, на снижение объемов производства в черной металлургии повлияла и ситуация на внутреннем рынке, где спрос на продукцию отрасли также ограничен.

«Интерфакс»